Примеры лечения военнослужащих с помощью краткосрочной EMDR-терапии (EEI, EMDR Early Intervention) - по руководству США
а) EMDR-терапия и двухнедельная программа отдыха и расслабления. Впервые узнав о EMDR-терапии, я был настроен очень скептически. К тому времени я уже более 20 лет был психотерапевтом с независимой лицензией, обученным большинству методов психотерапии. Я полагал, что мне не нужно изучать еще один метод лечения, поскольку психотерапевтические процедуры, которые я предлагал, работали достаточно хорошо. Все изменилось после теракта 11 сентября и начала военных операций, известных как “Иракская свобода” и “Несокрушимая свобода”.
Вернувшись домой для двухнедельного отдыха, солдаты 101-й воздушно-десантной (десантно-штурмовой) дивизии, расквартированной в форте Кэмпбелл, стали искать меня для лечения своего острого стрессового расстройства и острых симптомов посттравматического стрессового расстройства. Это были бойцы, отработавшие шесть месяцев боевой командировки. Они вернулись домой на две недели. Я был знаком с большинством солдат еще до их первой боевой командировки. Мы установили доверие и взаимопонимание в результате предыдущих взаимодействий, поэтому для них было естественным обратиться ко мне с недавно появившимися симптомами. Они были дома в течение двух недель, и все шло не так, как они планировали.
Находясь дома на отдыхе, они сообщали о ежедневных конфликтах со своими женами. Если у них были дети, то они прятались в спальнях, избегая своего отца. Солдаты в моем кабинете разговаривали и бредили в таком возбуждении, что буквально не могли сидеть на месте. Каждые две минуты они вскакивали и расхаживали по моему кабинету, обвиняя всех и вся в своем состоянии. Именно тогда я понял: “Разговорная терапия не работает, если человек не слышит!” Солдаты были настолько бдительными, что не слышали меня. Большинства из тех, кто обратился ко мне за помощью, менее чем через десять дней должны были вернуться в Ирак.
В это время коллега из центра Soldier Center лечил солдат с помощью EMDR-терапии. Наши кабинеты располагались по соседству. Это позволило мне увидеть результаты EMDR-терапии.
Наблюдая за работой своего коллеги, я убедился в эффективности EMDR-терапии и стал искать тренинг по EMDR. Ближайшие выходные я провел на тренинге. По возвращении в свой рабочий кабинет после вводного тренинга, я стал лечить первого солдата, проведя две сессии EMDR-терапии. Я уже знал его предысторию, за исключением единственной боевой травмы, о которой он мне рассказал. Во время первой сессии EMDR-терапии (второй сессии лечения во время его отпуска) он описал события, которые произошли во время его командировки.
Во время этой сессии я работал с ним, чтобы освоить упражнение на расслабление для самоконтроля. Вторая сессия, которая состоялась через два дня, излечила однократную боевую травму. Солдат прошел фазы стандартного EMDR-протокола с третьей по седьмую. Когда он выходил из моего кабинета, его показатель субъективного беспокойства SUD был равен нулю, мышление было позитивным, достоверность позитивной когниции имело наивысший рейтинг по шкале от одного до семи. Он добился четкого сканирования тела, успокоился и снова почувствовал, что контролирует свою жизнь. Четыре дня спустя, во время нашей третьей встречи, я вышел в приемную, чтобы встретиться с ним. Его сопровождала супруга, которая сказала: “Я хотела прийти и поблагодарить вас.
Я не знаю, что вы делаете с моим мужем. Я просто хочу, чтобы вы знали, что бы вы ни делали, это работает. Он стал таким же, каким он был до отправки в Ирак!” После двух сессий EMDR-терапии его супруга заметила улучшение!
Во время третьей сессии я повторно оценил результаты предыдущей сессии. Солдат сообщил о тех же последовательных результатах, что и на предыдущей сессии. Во время третьей сессии я лечил его триггеры, вызывающие острую реакцию. Мы завершили обработку целевых воспоминаний, пройдя фазы с третьей по седьмую. Солдат вышел из моего кабинета, чувствуя себя спокойно и снова контролируя свою жизнь. На четвертой сессии, последней перед его возвращением в Ирак, мы сосредоточились на третьем аспекте EMDR-терапии, шаблоне будущего поведения. Возвращаясь к службе в Ираке, солдат видел себя в будущем человеком, эффективно управляющим своей жизнью в ситуациях, над которыми мы работали.
Он вышел из моего кабинета с новым чувством стойкости, избавившись от воспоминаний, связанных с острым посттравматическим стрессовым расстройством, и чувствуя контроль над своей жизнью, в которой он справлялся с любыми триггерами. Он был готов к положительной реакции на будущие события.
Это был первый солдат, которого я лечил с помощью EMDR-терапии. Я узнал, что эта психотерапия может быть эффективной за короткий период времени. Это положило начало моему подходу к лечению солдат, которые находились в двухнедельном отпуске, страдая от острого стресса или острого посттравматического стрессового расстройства. Я лечил их в течение трех сессий, сосредоточиваясь на прошлом событии, настоящем триггере (триггерах) и эффективной подготовке к будущему. Результаты всегда были значительными.
б) Результаты одной сессии EMDR-терапии в полевом госпитале ВМС США. Психолог Марк Рассел, офицер ВМС США в отставке, опубликовал результаты своей работы по оказанию краткосрочной медицинской помощи морским пехотинцам и солдатам, а также военнослужащим, раненным в Ираке, которые временно находились в военно-морском госпитале на базе Рота, Испания, ожидая отправки в США для оказания медицинской помощи [Russel, 2006]. Руководствуясь принципами PIES по лечению ПТСР, командир Рассел оказал помощь четырем военнослужащим, пока они ждали возвращения на лечение в США. Они были ранены в Ираке и должны были скоро вернуться в Соединенные Штаты.
Из-за того, что раненые опасались вернуться домой с продолжающимися симптомами боевого и оперативного стресса или посттравматического стрессового расстройства, они обратились за лечением в военно-морской госпиталь в Испании. Все пролеченные пациенты прошли EMDR-терапию. Доктор Рассел сообщил, что для устранения ярко выраженного симптома достаточно одной сессии EMDR-терапии. Однако все пациенты были направлены на дополнительное последующее лечение в США.
Психолог отметил уместность EMDR-терапии в полевых госпиталях по сравнению с другими моделями психотерапии. EMDR-терапия не требует выполнения домашних заданий и может проводиться два раза в день или один раз в неделю или две, в зависимости от доступности. Этот передовой психолог, обладающий опытом лечения военнослужащих в районах боевых действий, считает, что EMDR-терапия является важным дополнением к стандартному лечению персонала на передовой. Вариант EMDR-терапии можно использовать как дополнение к методам BICEPS для быстрой и эффективной переработки травмирующих переживаний по мере их возникновения и в течение короткого периода времени.
Доктор Рассел провел одну сессию EMDR-терапии, пока военнослужащие ожидали перевода в США. Результаты одной сессии EMDR-терапии привели к значительному смягчению симптомов острого стрессового расстройства и острого посттравматического стрессового расстройства.
в) Как британские силы использовали EMDR-терапию. Вессон и Гулд [Wesson & Gould, 2009] подтвердили частое использование EMDR-терапии вооруженными силами Соединенного Королевства для лечения военнослужащих, страдающих острым стрессом и симптомами посттравматического стрессового расстройства. Они представили отчет об одном случае, описывающем лечение на передовой солдата, страдающего от острого стресса после того, как он оказал медицинскую помощь другому солдату, пострадавшему от наземной мины.
Обычные процедуры лечения требуют, чтобы раненого солдата лечили дома, а не в непосредственной близости от места происшествия. Для этого приходится либо прерывать служебную командировку солдата, либо ждать завершения командировки, прежде чем начать лечение. Ни то, ни другое не выгодно для военнослужащих и вооруженных сил. Кроме того, есть данные, свидетельствующие о том, что при эвакуации пострадавших с психическими расстройствами у эвакуированных мало шансов позднее вернуться в строй [Rundell, 2006]. Вессон и Гулд [Wesson & Gould, 2009] отмечают, что клиницисты, дислоцированные на передовой, имеют возможность выявлять симптомы и своевременно их лечить.
Близость, непосредственность, ожидание и простота по-прежнему являются рекомендуемыми принципами ухода за ранеными [Lee, Gabriel & Bale, 2005].
На передовой для быстрой и эффективной переработки травмирующих переживаний по мере их возникновения или в течение короткого промежутка времени можно использовать один из вариантов EMDR-терапии.
Один солдат имел семилетний опыт службы в армии и прослужил четыре месяца в своей второй боевой командировке. Его сослуживец наступил на мину. Солдат, представленный в исследовании, был медиком. Он оказал помощь раненому солдату, поработал над его стабилизацией на месте происшествия и находился с раненым солдатом во время медицинской эвакуации в госпиталь. Позже он узнал, что его сослуживец скончался. Представленные симптомы включали навязчивые мысли, запахи и кошмары, связанные с этим событием.
Медик был назначен в тыл. Мысли о возвращении в район, где был ранен его друг, усугубляли его тревогу. Первый автор статьи, в которой описан этот случай, был членом полевой группы психического здоровья британского подразделения.
Он лечил медика с помощью EMDR-протокола для работы с недавними травматическими событиями в течение четырех сессий. В течение следующих месяцев были проведены две дополнительные проверки, чтобы убедиться в самочувствии медика. Результаты лечения оставались стабильными. При 18-месячном наблюдении эффективные результаты оставались постоянными.
Лечение в данном случае проводилось на передовой военной базе, что позволило добиться эффективных результатов в непосредственной близости от места происшествия. Это позволило солдату вернуться в строй после лечения. Меры, используемые для оценки эффективности лечения, включали версию контрольного списка посттравматического стрессового расстройства (PCL-C — PTSD Checklist-Civilian). Медик оценил свое состояние на 35 баллов по шкале PCL-C. После четырех сессий EMDR-терапии этот показатель снизился до 21. Через 18 месяцев показатель PCL-C у солдата снизился до 17. Нет ничего необычного в том, что преимущества EMDR-терапии сохраняются после окончания лечения.
После лечения и последующего наблюдения Вессон и Гулд [Wesson & Gould, 2009] пришли к выводу, что EMDR-терапия эффективна и дома, и в местах дислокации. EMDR-терапия не только оказалась эффективной в течение короткого промежутка времени, но и не требует выполнения домашних заданий работы и позволяет проводить лечение, пока человек остается в районе боевых действий.
