Эпидемиология инфекций внутреннего уха. Возбудители инфекций внутреннего уха
В литературе опубликован большой статистический материал о частоте поражения внутреннего уха при различных инфекционных болезнях. Приведем некоторые выдержки. По данным Биркхольца (Birkholz), из 2861 выздоровевшего после эпидемического цереброспинального менингита полная глухота на оба уха имелась у 98 человек (3,4%); глухота на одно ухо — у 8 (0,28%), тугоухость— у 11 (0,38%). Процент тугоухости не отражает истинного положения дела; незначительная величина тугоухости объясняется тем, что в статистику попали только больные с резкой степенью понижения слуха, при которых потребовалось обучение детей в специальных учреждениях для глухих и тугоухих.
По сводной статистике Тролле (Trolle, 1950), из 3594 перенесших менингит глухота была обнаружена во время пребывания в больнице у 146 больных, тугоухость — у 19 (вместе у 4,6%). Из 995 больных, которые были обследованы различными авторами в разные периоды после болезни, глухота была обнаружена у 116, а тугоухость — у 35 (вместе у 15,6%). Эти данные были выявлены у больных, которые не подвергались лечению ни сульфаниламидами, ни антибиотиками. В результате введения современных методов лечения — хемотерапии и антибиотикотерапии — положение изменилось к лучшему. Из 4420 больных, наблюдавшихся после 1942 г., глухота и тугоухость были обнаружены во время нахождения в больнице в 2,9% (глухота— у 20 больных, тугоухость — у 29; о 20 больных нет точных указаний).
Из 1124 больных, обследованных в разные периоды после болезни, глухота выявлена у 34; тугоухость — у 31 (вместе у 5,8%). Таким образом, процент поражений слуховой функции снизился почти в 3 раза; еще более примечательно соотношение между количеством полностью глухих и тугоухих; до введения хемотерапии глухих было больше, чем тугоухих, примерно в 5 раз; при хемотерапии обе формы нарушения слуха встречаются почти одинаково часто.
Исследования автора, проведенные по единой схеме и с помощью современных методов, охватывают 325 больных, перенесших менингит за период 1920—1945 гг. У больных, не леченных антибиотиками, глухонемота отмечена в 10%, тугоухость — в 19%; при хемотерапии соответствующие цифры: 1,8 и 6,7%. По этим данным, процент всех поражений органа слуха снизился почти в 4 раза, причем полная глухота снизилась в 5,5 раз, а тугоухость — менее чем в 3 раза.
Практический интерес имеют заболевания внутреннего уха при эпидемическом паротите; роль этой инфекции, по нашему мнению, недооценивается. Это объясняется тем, что поражение уха бывает, как правило, односторонним, не всегда сопровождается расстройством вестибулярной функции и потому в детском возрасте далеко не всегда своевременно распознается.
Так, по данным Киннея (1953), из 2628 детей, страдавших поражением внутреннего уха, примерно у 12% имелась полная односторонняя глухота. Причина этой глухоты в 42,3% не была установлена, в 23,2% причиной глухоты была корь, а в 10,6%— свинка. Если принять во внимание, что свинкой болеют гораздо реже, чем корью, то такую частоту (10,6%) ее среди причин односторонней глухоты нужно признать высокой. По данным Фоулера (Fowler) и Базека (Basek), причина односторонней полной глухоты из 270 детей, у которых тугоухость наступила в возрасте до 5 лет, была выявлена лишь у 15, из них у 8 причиной явилась свинка, у 3— корь, у 2— травма головы. По данным Эверберга (Ewerberg, 1957), из 112 лиц с односторонней глухотой 65 имели в анамнезе свинку, у 44 из них глухота была обнаружена непосредственно после болезни.
Что касается гриппа, то роль его вируса, по-видимому, имеет значение в этиологии преимущественно острых заболеваний внутреннего уха и слухового нерва, сопровождающихся выпадением либо только слуховой функции, либо одновременно и вестибулярной. По данным Г. Ф. Бубеса, примерно у 1/5 больных невритом его причиной явился грипп. Сейчас в связи с падением этиологической роли других инфекционных заболеваний относительное значение гриппа еще более возросло.
Тифозные заболевания внутреннего уха и слухового нерва приобрели практическое значение во время и после первой мировой войны. Относительно частоты преходящих поражений слуха во время болезни в литературе, подытоживающей наблюдения и исследования во время больших эпидемий, существуют весьма разноречивые данные. Гартман определяет эту частоту в 32%, Залевский — в 12,3%, Б. С. Преображенский — в 91,6%. В. Ф. Ундриц — в 80%, Рудаков — в 32%, Спет — в 90% и т. д.; по данным за 1947—1950 гг.—80%.
