Психология
  Домой Медицинский фото атлас Психология отношений Медицинские видео ролики Медицинская библиотека Консультация врача  
Психология отношений:
Психология отношений
Гороскоп
Дружба
Любовь и секс
Измена
Карьера
Мужчины
Семейная психология
Семья-замужество
Флирт
Разделы психологии:
Психология
Детская психология
Психология и развитие глухих, слепых детей
Психология пациента
Советы психолога
Психиатрия:
Медитация
Шизофрения
Рекомендуем:
Книги по медицине
Видео по медицине
Фотографии по медицине
Консультации врачей
Форум
 

Пример семейной терапии краж ребенком денег у родителей

Мать 17-летнего Маркуса по телефону просит назначить встречу и при этом дает понять, что ее муж хотел бы прийти, а сына лишь с трудом удается уговорить принять участие в беседе. Она кратко описывает причину своего звонка: Маркус обкрадывает родителей. За последние месяцы эта проблема обострилась. Родители боятся, что он встал на криминальный путь.

На беседу пришли оба родителя и Маркус. Семья представлялась вполне добропорядочной: отец — служащий высокого ранга, мать имеет почасовую работу на фирме. У Маркуса есть еще младшая 12-летняя сестра, которая, однако, не пришла, так как мать не хотела, чтобы с дочкой работали психологи.

Маркус — гимназист с удовлетворительной успеваемостью; кроме того, он активно занимается спортом. Родители подробно описывают повод для консультации: Маркус тайно берет у родителей деньги, а иногда, не поставив никого в известность, съедает все что было приготовлено для всей семьи: напитки, бутерброды или консервы. То, что это дело рук Маркуса, выясняется, когда остатки еды или упаковки находят у него под кроватью или в шкафу.

По словам родителей, они не запрещают ему есть столько, сколько он хочет, однако им непонятно, почему это делается тайком; Маркус должен спрашивать их или по крайней мере ставить их в известность, но именно этого он не делает. Такими «историями с едой» родители раздражены и удивлены, но всерьез не обеспокоены. Однако они действительно озабочены и испытывают страх в связи с тем, что Маркус ворует у них деньги; всего в течение последних месяцев пропала примерно 1000 рублей. Это беспокоит родителей по ряду причин: во-первых, это осложняет их жизнь; они постоянно должны следить за тем, где лежат кошельки.

Во-вторых, они боятся, что эта история может выйти за пределы семьи и причинить вред его дальнейшей жизни. И наконец, родители высказывают опасение, что Маркус, возможно, заболел психически, так как все это совершенно не соответствует его прежнему поведению.

Когда они спрашивают его, почему он это делает, они получают, да и то не всегда, лишь краткие ответы: «Потому что мне нужны деньги» или — если речь идет о еде — «Потому что я был голоден». И если они хотят продолжить разговор («это не годится — просто что-то брать и не говорить об этом») и спрашивают Маркуса: «Почему же ты не спросил нас об этом?», они могут получить ответ «не хотел этого делать». А на вопрос: «Почему ты делаешь это так, что мы тебя ловим за руку?», — может последовать ответ: «Я об этом не подумал».

Маркус, высокий и крепкий, выглядит скорее как 20-летний; при упреках родителей он кажется смущенным, смотрит себе под ноги — очевидно, что ситуация для него весьма неприятна; перечисляются его ошибки и неприглядные поступки. Поэтому неудивительно, что он лишь вынужденно вступает в беседу и выглядит одновременно ожесточенным и испуганным. Мать во время разговора ищет больше всего контакт с терапевтом; но она постоянно обращается и к Маркусу; чувствуется, что она очень удручена и озадачена.

Основы семейной психотерапии

Она хотела бы, чтобы мы определили, «откуда это идет», как все это взаимосвязано. Ей кажется, что она сама или ее муж совершили какую-то ошибку в обращении с Маркусом (но ничего не может сказать по этому поводу определенного) и что с семьей происходит что-то неладное. И далее она задает себе вопрос, как ей в дальнейшем исправить ошибки (которые она не может назвать). Отец, напротив, выглядит угрюмым и мрачным, реагирует вначале сдержанно, и ему вся эта ситуация явно неприятна.

Там, где мать проявляет озабоченность, он кажется скорее рассерженным. Он четко дает понять, что находит поведение сына совершенно неразумным, и спрашивает, не являются ли его поступки результатом плохого воспитания и не должен ли он применить надлежащие педагогические приемы (лишить карманных денег, установить домашний арест и т. п.) или же речь идет о психиатрической или психотерапевтической проблеме, где он не в состоянии помочь, а требуется вмешательство специалистов. Таким образом, он спрашивает более или менее прямо, не расстроена ли у Маркуса психика — щекотливая ситуация!

Поворот в беседе произошел, когда мы обратились к другой возможной проблеме или сфере конфликтов в семье. На вопрос, что бы Маркус хотел изменить в семье, он ответил, что ему не хотелось бы, чтобы мать подслушивала его телефонные разговоры. Мать, услышав такой ответ, пускается в слезы; отец реагирует с негодованием; по их мнению, доводы Маркуса — нелепая попытка уйти от ответа. Когда терапевт все-таки продолжает обсуждать эту тему, выясняется, что в семье два параллельных аппарата и что мать фактически постоянно слушает все разговоры. Маркус чувствует себя чрезмерно контролируемым и опекаемым со стороны родителей.

Когда он описывает это, он близок к слезам и выглядит как ребенок. С трудом он приводит и другие примеры; например, что его мать без спроса входит в его комнату или что его не отпускают на дискотеку. И при этом родители вновь реагируют удивлением и уверяют, что он ни разу об этом не просил. Тогда Маркус вспоминает пример более чем годичной давности, когда он хотел уехать вместе со знакомыми на экскурсию, но ему не разрешили. Маркус не видел шансов противостоять родителям.

По нашему мнению, проблема в этой семье состоит в установлении индивидуальных границ. Родители жалуются , что Маркус — когда он, например, берет деньги — без разрешения вторгается в область их компетенции, а Маркус, напротив, жалуется на то, что родители не оставляют ему пространства для себя. «Персональная территория, собственная личная сфера, личная собственность» — такова, по-видимому, актуальная (и притом общая) тема в семье.

Интересна реакция родителей, которую мы можем кратко описать так: мать тотчас воспринимает критику сына и задумывается, как она может изменить себя; она ни в коем случае не хочет больше «слушать телефонные разговоры», она все еще по-настоящему шокирована; она размышляет также о том, как можно перераспределить комнаты в доме, и просит у терапевта дальнейших указаний. Отец, напротив, считает, что все хорошо, но они пришли сюда не для того, чтобы заниматься наведением порядка в квартире, а из-за серьезных проблем, и до сих пор они так же далеки от их разрешения, как и раньше; беседа, по его мнению, в этом смысле ни в чем не продвинулась. Поэтому отец еще раз задает вопрос эксперту: «Является ли это педагогической проблемой и с Маркусом нужно быть более строгим, или же Маркус нуждается в лечении?»

Матери и Маркусу терапевт дал понять следующее: «Это, конечно, очень хорошо, когда человек способен к самокритике; но я не знаю, следует ли вам (имеется в виду мать) изменять себя. Возможно, скорее нужно измениться Маркусу, который уже взрослый парень и должен быть в состоянии сказать родителям, чего он хочет». Отцу терапевт сказал: «Я могу вам высказать лишь мое личное мнение; я думаю, воспитание, по всей видимости, не является проблемой; я не верю, что вы добьетесь результата, если будете строже подходить к Маркусу. Вы, конечно, уже пробовали это делать, но безуспешно.

Может ли, с другой стороны, помочь психотерапия, я в данный момент не уверен». «Заключительная картина» не вызвала удивления: в конце беседы Маркус в полном порядке, он в хорошем настроении, хочет придти снова; мать тоже кажется довольной. Отец выглядит раздраженным и расстроенным, так как он не получил прямого ответа на свой вопрос. Намечено продолжение семейной терапии через две недели.

В связи с этой ситуацией можно высказать некоторые теоретические суждения; особый интерес представляет сравнение описанных выше терапевтических принципов и методов терапии. При этом следует отметить, что вмешательство терапевта было задумано не как целенаправленные попытки изменить ситуацию, а скорее как осторожные замечания. Беседы и их действие не планируются заранее. Во всяком случае симптоматика после первого контакта более не проявлялась — к большому удивлению всех участников. Через три месяца был вновь короткий рецидив; но затем поведение Маркуса стабилизировалось.

В двух последующих семейных беседах на первый план вышли и другие темы, например соперничество с младшей сестрой, ссоры по поводу вечерних прогулок, ссоры, связанные с участием в домашнем хозяйстве, конфликты из-за курения Маркуса, что особенно сердит родителей, так как Маркус занимается спортом. У Маркуса в это время появилась подруга, и у родителей в связи с этим возникли новые вопросы. Обсуждались проблемы, которые рано или поздно переживают все родители и подростки. Кроме того, подтвердились и были проработаны предварительные семейно-диагностические впечатления; у матери на первом плане была депрессивная проблематика, она все еще решает проблему отделения от своих собственных родителей; отсюда вытекает и напряженность в супружеских отношениях. Однако эта тематика дальше не разрабатывалась; родители считали, что они сами могут разобраться в этом.

Данный пример демонстрирует очень кратковременную терапию, продолжавшуюся лишь 3 сессии, при которой существенные терапевтические проработки были проведены уже при первом контакте. Процесс был преимущественно диагностически-интерпретативным, не давалось вообще никаких рекомендаций относительно поведения. Целевой установкой терапии была ориентация на осторожную дискуссию по поводу жестких семейных структур и убеждений с целью открыть заблокированные возможности развития, быстрее ослабить родительский контроль, а также усилить инициативу и ответственность подростка. Нередко попытки терапии оканчиваются неудачей. Как показывает практический опыт, процесс не всегда идет в соответствии с идеальными правилами, излагаемыми в учебниках.

- Читать далее "Родительский тренинг - принципы, концепции"


Оглавление темы "Семейная психотерапия детей и подростков":
  1. Терапевтическая установка в семейной психотерапии
  2. Метод перемены отношения (рефрейминга) в семейной психотерапии - принципы
  3. Метод семейной скульптуры в семейной психотерапии - принципы
  4. Метод семейных соглашений в семейной психотерапии - принципы
  5. Метод предписывания симптомов в семейной психотерапии - принципы
  6. Пример семейной терапии по поводу школьной фобии (боязни школы)
  7. Пример семейной терапии краж ребенком денег у родителей
  8. Родительский тренинг - принципы, концепции
  9. Методические особенности родительского тренинга
  10. Мюнхенская модель родительского тренинга - подготовка и организация
Загрузка...

   
MedUniver.com
ICQ:493-344-927
E-mail: reklama@meduniver.com
   

Пользователи интересуются:

Будем рады вашим вопросам и отзывам:

Полная версия сайта