Частота дистресса, тревоги и депрессии у женщин с диагнозом рак молочной железы - по руководству США
Перед лицом диагноза «рак» и потребности в лечении у многих пациенток развиваются симптомы, свидетельствующие о психологическом дистрессе. NCCN ввела понятие «дистресс» для обозначения психологического дистресса, чтобы снять клеймо и дифференцировать такие реакции от стандартных психических состояний или номенклатуры, классификаций, которые зачастую при раке не используют.
Вызываемый раком дистресс был определен следующим образом: ...многофакторное неприятное эмоциональное переживание психологического (то есть когнитивного, поведенческого, эмоционального), социального и/или духовного характера, которое может препятствовать способности эффективно справляться с раком, его физическими симптомами и лечением.
Дистресс распространяется в континууме, начиная от общих чувств уязвимости, печали и страхов до проблем, которые могут стать инвалидизирующими, таких как депрессия, тревога, паника, социальная изоляция и духовный кризис (NCCN, 2018).
В этом определении отражена предпосылка, что это нормально, когда в ответ на диагноз «рак» пациентки испытывают эмоциональные реакции (страх, беспокойство или печаль). Эти состояния могут перерастать в состояния, имеющие клиническое значение — тревога, депрессия или слабая адаптация. Последние из указанных считают патологическими и поэтому называют психологическим отклонением по сравнению с дистрессом.
Со временем большинство пациенток приспосабливаются к онкологии и, как было отмечено выше, могут даже обрести чувство личностного роста, придавая жизни новые и более позитивные смыслы (например, «посттравматический рост»). Тем не менее для большинства пациенток начальный этап заболевания и его лечение все же имеют драматические последствия для их психосоциального равновесия и качества жизни.
Распространенность дистресса у онкологических больных изучали во многих странах мира. В знаковом исследовании, проведенном Zabora и соавт., в котором они оценили 4496 онкологических больных, средний показатель распространенности психологического дистресса составил 35,1% и колебался от 43,4% у пациентов с раком легких до 29,6% у женщин с гинекологическим раком и до 32,8% у пациенток с ранней стадией РМЖ.
В рамках других международных исследований сообщают о схожих результатах, свидетельствующих о том, что около 4 из 10 онкологических больных испытывают значительный дистресс. Этот показатель схож с обнаруженным на ранней стадии РМЖ у молодых женщин. У больных метастатическим РМЖ уровень дистресса может достигать 60%.
P.S. * Побочные реакции на новые биологические и иммунотерапевтические препараты все еще появляются и в настоящей таблице не перечислены. Учитывая, что многие из препаратов принимают в течение длительного времени, следует рассмотреть проблемы с соблюдением режима лечения
Ruddy и соавт. установили, что поздняя стадия заболевания и финансовые трудности повышают риск дистресса, однако такие факторы, как уровень образования, тип операции, проведение химиотерапии, трудоустройство, семейное положение, наличие детей, семейный анамнез, отягощенный раком, и употребление алкоголя, не служат предикторами тревоги, депрессии или общего дистресса.
Депрессия и тревога названы основными источниками психологических проблем, связанных с раком наряду с расстройством адаптации. В своем исследовании с использованием Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам или критериев Международной классификации болезней Mitchell и соавт. обнаружили, что распространенность депрессии составляет 16,5% (13,1-20,3%), расстройств адаптации — 15,4% (10,1-21,6%), тревожных расстройств — 9,8% (6,8-13,2%).
Несмотря на то обстоятельство, что эти данные относились к одному диагнозу, было указано, что сочетание эмоциональных проблем встречается часто, причем все типы депрессии развиваются у 20,7% пациентов (12,9-29,8%), депрессия плюс расстройство адаптации — у 31,6% (25,0-38,7%), а любое расстройство настроения — у 38,2% (28,4-48,6%). Следует отметить, что выраженный дистресс, связанный с нарушением социальной или профессиональной деятельности, может проявляться как расстройство адаптации.
Неудивительно, что депрессия и тревога также становятся наиболее частой причиной психологической заболеваемости после диагностики и лечения РМЖ. Фактические показатели колеблются в зависимости от исследования, но могут варьировать от 20 до 50% у женщин с ранней стадией РМЖ в первый год после постановки диагноза. В исследовании, проведенном с участием пациенток с РМЖ из Португалии, которые закончили лечение, обнаружены тревога у 39,1% женщин и депрессия у 29,1%; четверть женщин (16,1-24,5%) сообщили о психологических проблемах.
Другие подтвердили эту закономерность. Важно отметить, что в ряде исследований, изучающих качество жизни после РМЖ, сообщают об отрицательной связи с депрессией и тревогой.
Депрессия — психологическая реакция на потери, с которыми онкологический пациент сталкивается во время болезни, характеризующаяся наличием симптомов подавленного настроения и ангедонии, нарушением аппетита и сна, психомоторным возбуждением или заторможенностью, снижением энергии, чувством никчемности или вины, затруднением концентрации и/или суицидальными мыслями. По степени интенсивности депрессия может варьировать от легких подпороговых симптомов до умеренных и тяжелых, которые свидетельствуют о серьезной депрессии.
Тревожность — психологическая реакция на угрозу жизни, неуверенность и страдания, с которыми онкологический пациент сталкивается во время болезни. Она характеризуется наличием страха, проблем с концентрацией, раздражительностью, нарушением сна, чрезмерным беспокойством и испугом, сердцебиением, одышкой, беспокойством, потливостью, желудочно-кишечными расстройствами и др.. Тревожность может варьировать от легкой до тяжелой и способна достигать максимума в критические моменты или фазы заболевания аналогично другим угрожающим жизни заболеваниям.
Критические фазы, вызывающие тревожность, — время постановки диагноза, до и во время основного лечения в острой фазе (например, оперативное вмешательство, химиотерапия, лучевая терапия), до и во время обследований (например, биопсия, позитронно-эмиссионная томография), в хронической фазе, когда появляются симптомы, предполагающие рецидив, или когда диагностируют рецидив, до и после получения клинических результатов, а также при переходе в терминальную фазу. Обнаружено, что тревожность чаще встречается до лечения, в то время как депрессия — после лечения.
Степень тревожности зависит от фазы, в которой онкологический пациент находится. В крупном исследовании с участием взрослых амбулаторных пациентов 34% из них имели значительные тревожные симптомы.
Психологические проблемы имеют серьезные отрицательные последствия для пациентов, влияют на качество жизни и клинические исходы. В ряде исследований сообщают, что они ухудшают соблюдение режима лечения, снижают эффективность химиотерапии, сокращают период выживаемости, увеличивают бремя симптомов и функциональные нарушения, приводят к более длительному пребыванию в стационаре и увеличивают риск суицида.
Масштаб отмеченного негативного влияния психологических проблем на клинические исходы пациентов ясно показывает, что при лечении рака психосоциальные переменные пациента могут играть независимую роль и способны либо улучшать, либо осложнять связанные со здоровьем результаты.
